"Дачники" М. Горького, ГИТИС, мастерская В. Байчера и Т. Сополева

Был на спектакле "Дачники" курса ГИТИСа (мастерская Владимира Байчера и Тимофея Сополева), который сыграли оригинально - в интерьерах модернистского особняка купца Носова на Электрозаводе. 

Мне кажется, что спектакль «Дачники» в Особняке Носова — ещё одно прекрасное доказательство того, как могут взаимодействовать музей и театр. Это тренд последних нескольких лет в России и на Западе, который очень важен для развития как музейной, так и театральной культуры: он приводит к расширению аудитории, но для театра прежде всего важен тем, что современный театр очень нуждается в подлинном, уникальном, сингулярном — и музей может дать эту подлинность, документальность существования. В этом смысле оживление интерьеров помогает и театру, потому что артист чувствует стиль, интонацию времени, и музею — насытить жизнью мёртвые интерьеры, интерьеры, где никто не живёт.
Интересный сюжет складывается ввиду того, что особняк и пьеса — «соратники», «одноклассники», родились почти в один и тот же год: мы немного привыкли к идеализации прошлого и, когда видим модернистский или любой другой особняк, то нам кажется, что там жили абсолютно гармоничные, счастливые, прекрасные люди. Однако горьковские «Дачники» — это пьеса, которая шельмует интеллигенцию, критикует её за пассивность в революционную эпоху, — в общем, говорит о том, что в комфорте этих дач, особняков (модерн всё-таки очень связан с идеей отдыха, гиперкомфорта, за что этот стиль впоследствии критиковали) скрывались на самом деле боль, страх, ужас и бессмысленное светское существование. В этом смысле «вписанность» пьесы в особняк передаёт дух предреволюционной эпохи, время, когда обострились социальные противоречия, расслоение общества, так что идеи про возмездие, которое, возможно, придёт, а возможно, не придёт, оформились в этом контексте.
Я против того, чтобы называть этот спектакль «иммерсивным», но это специфически театральный спор: иммерсивный спектакль предлагает погружение, более активное взаимодействие со зрительным залом, наделение зрителя ролью, а это, скорее, активизация творческой энергии зрителей, так называемый спектакль-променад, в котором меняются локации и где всё было очень мило выстроено, по каким-то ясным законам.
Мне кажется, самые эффектные сцены были даже не в прекрасных интерьерах гостиной, а тогда, когда мы видели все возможности лестницы: все мизансцены были развёрнуты в разные стороны и люди, сидящие в разных местах, могли всё увидеть и услышать. Сцены на лестнице получились виртуозными, охватывающими это чудесное пространство, доказывающими, что театр может быть везде.
Я думаю, что наиболее интересно в этой пьесе у Владимира Байчера сделан четвёртый акт, но это и свойство самой пьесы, о которую в своё время споткнулись и Московский художественный театр, и Георгий Товстоногов, который тоже имел много неприятностей, когда её ставил. «Дачники» — это три акта бездействия для того, чтобы в четвёртом акте дать гипертрофированное действие. Замечательные студенты ГИТИСа, артисты опытные, оснащённые, здесь показали градус взаимной ненависти предгрозовой, предреволюционной эпохи и понимание того, как расслаивается общество в эпоху социальных реформ и переворотов, неизбежность этого разлучения. Главная героиня говорит о том, что она будет против них всех что-то делать: в потенции это будущий лидер или человек, разрывающий свои социальные границы, идущий к тем, кто унижен, оскорблён, к тем, кто в этой социальной иерархии проиграл.
Кроме всего прочего, мне нравится то, как Владимир Байчер сократил пьесу — она требует сокращения; ушли, конечно, очень важные темы: тема театра, тема прислуги, которая комментирует роль привилегированного сословия, довольно скомканной оказалась линия Марьи Львовны — тем не менее событие произошло. Если есть возможность играть дальше, то, мне кажется, стоит продолжать и не делать это одноразовым проектом. В этом пространстве можно ставить замечательные спектакли.


Возможно, это изображение (7 человек, люди стоят и в помещении)

Национальный театр Тывы

Я очень взволнован ситуацией в Национальном театре Тывы. Уволились Марина Идам и Эрик Донгак, главный режиссер и замдиректора. Мне трудно со стороны объективно понять, в чем суть проблемы. Но совершенно ясно, что дело в переделе власти и тех, кто на нее претендует.
Национальный театр, тем более в небольшой республике, - самое уязвимая часть на театральной карте России. Специалисты в национальном театре, знающие язык и локальную культуру, - одновременно и уникальные, неповторимые специалисты, но они же, к сожалению, и жители гетто. Если такой специалист уходит из театра, то ему зачастую просто больше негде работать по профессии, не меняя города, республики. А смена места жительства сопряжена с выходом из своей специфической культурной среды. Слой интеллигенции и так мал, в национальных республиках он еще тоньше.
Мне трудно понять, о чем думает местная власть, позволяя потерять таких специалистов. Я был в прошлом году в Кызыле и увидел рабочий, интересный, живой театр, умело сочетающий традиционность и инновации, умеющий внедрить в канон достоинства нового театра. Так бывает совсем не всегда в национальных театрах. Я не понимаю, зачем нужен в этом театре пересменок и за какие такие грехи свершается смена декораций. Я не понимаю, о чем мыслит театр, который теряет знатока тувинской культуры и литературы, патриота своего края Эрика Донгака - молодого, амбициозного специалиста, известного за пределами Тывы, у которого впереди должен был бы быть большой профессиональный рост.
Это разбазаривание, обнуление, небережливость национальных кадров - вырастить новых и увлечь делом, встроить в преемственность будет очень непросто.
В Кызыле один государственный театр. Нет даже русской труппы в данный момент. Уходить специалистам просто некуда. Лучшим вариантом было бы, как это некогда случилось в Абакане и Сыктывкаре, - допустить возможность разветвления национальных театров, дублирования: Национальный театр Хакассии и "Читиген". Иначе специалисты пропадут для культуры республики. Решительно не понимаю, какая тут может быть заинтересованность в этом. 


Возможно, это изображение (на открытом воздухе)

Старт Ап

В блоге для молодых театральных критиков "Старт Ап" СТД РФ - новая публикация.

Лидия Фрицлер пишет о спектакле «Корея 03», Бурятский национальный театр драмы имени Хоца Намсараева, режиссер Сойжин Жамбалова. Спектакль был показан на фестивале молодой режиссуры «АртМиграция-2021».

http://start-std.ru/ru/blog/286/


Авторское чтение

На мой призыв не игнорировать старый жанр авторского чтения пьес и записывать их на аудио уже откликаются драматурги, и это прекрасно. Может, когда-нибудь получится сделать какой-то конкурс.
Здесь Ольга Займенцева читает свою весьма интересную пьесу-байопик "Хармс".
На фестивале "Толстой" в Ясной Поляне был любопытный сюжет. Продюсер радио, критик Марина Багдасарян предложила любопытную идею: слушать аудиоспектакли опенэйр. Тоже, знаете ли, своеобразный жанр: что-то есть интересное в коллективном прослушивании аудиозаписей на воздухе, выпадение из зависимости от наушников. Когда-то "Радио Культура" записала (и очень неплохо) фрагменты книги Павла Басинского "Бегство из рая" (режиссер Максим Осипов, в ролях: Владимир Андреев, Евгения Глушенко, Анна Тараторкина, Алексей Колган).
И вот на фестивале они читались в теплице, в окружении прекрасных растений, саженцев, мха, горшков, кадок, рассады, где зрителям предлагалось сидеть и даже лежать на сене - в окружении чудесных сельских запахов. Это длилось почти два часа, но я с огромным удовольствием это слушал, внимал, не шелохнувшись.
Здесь важно, что Басинский пересказывает сюжет бегства Льва Толстого максимально подробно: объясняет сложную географию побега, посекундные перемещения, сложности взаимодействия между разными фигурантами драмы. Это анатомия побега. Семейная драма восстанавливается с максимальным числом подробностей, где оправдание находится всем сторонам конфликта, где всех жалко и всех понимаешь. Толстой, пожелавший тишины и покоя, в побеге из дома попадает из XIX уютного века сразу в XX век, где скрыться от толпы, от внимания, от медиа абсолютно невозможно.



Шарыповская лаборатория по фантастике

Сайт о детском театре "Недоросль" и Мария Симонова дали возможность и место рассказать максимально подробно о шарыповской театральной лаборатории по фантастике. Спасибо Снежанне Лобастовой, Валентине Еськовой и всем шарыповцам, что это все можно вообще организовать, за доверие к идее.

http://nedorosl.com/tpost/yt17yrym61-pavel-rudnev-davno-hotel-svyazat-miri-te?fbclid=IwAR0N8Nrmp1hpvVG3uBKmoNTHMo_En7P67DAm3K_CxQQLQx6FDDtSSd4uGl0

"Sak-Sok", хореограф Нурбек Батулла, Театральная площадка MOÑ, Казань

Наряду с бурятским спектаклем еще одной сенсацией фестиваля "АртМиграция" стала пластическая работа "Sak-Sok" Нурбека Батуллы, Театральная площадка MOÑ, Казань.
Сценическое действие обеспечивают два бритоголовых танцовщика в х\б, этнические вокалисты и музыканты, играющие, в основном, на перкуссии. Игровая площадка закрыта с четырех сторон зрителями. Сак и Сок - двое братьев-близнецов из древнего татарского баита. Из-за того, что близнецы все время ссорились и дрались, они были прокляты матерью и превращены в птиц. Те пытаются вечно приблизиться друг к другу, а между ними всякий раз вырастает гора.
Обращение к национальной архаике дает возможность искать ритуальные корни театра. В ритмических мелодиях заметны иранская мелодика, а перед нами даже не танец, а ритуальное движение. Танцовщики словно ищут возможность подражать зверям, быть зооморфными в своих перемещениях. Словно еще нет никакой школы танца, никакого навыка и языка пластики, словно бы первобытный человек нащупывает свою соприродность космосу, подражает нескладному телесному языку птиц. Это не эстетизированное язычество в духе Стравинского, это петроглифы, это наскальная живопись, скачущая в сплохах огня.
Рассказывая огнеопасный сюжет о ненависти и деструктивном инстинкте в человеке, который живет даже в ребенке и даже по отношению к близкому, к родному, спектакль словно бы следует заветам Антонена Арто о театре как месте, где гасятся, подавляются деструктивные инстинкты. Театр - опасное и грозное оружие, которое может и порождать деструкцию, бессознательные культы ритуального насилия, но и лечить человека, давать и яд, и противоядие одновременно.
Неосознанно такой новый театр похож на то, что делал в ранние годы Антон Адасинский с его неофольклорным театром, который находил в обращении к архаике повод для модернизации.
В релизе Нурбек Батулла пишет о влиянии на идею спектакля концепций Владимира Проппа об обряде инициации. Отказ от инициации в современном обществе может пробудить как раз эти опасные бессознательные брожения и роения в психике подростка. Интересно даже не только то, что Пропп серьезно влияет на сознание современного художника, но и то, что Пропп, все-таки воспринимающийся в большей степени, по преимуществу как исследователь русского эпоса и славянской сказки, продолжается здесь и как автор, распространяющий свои концепты на татарский фольклор. Это очень сильно обогащает многонациональную палитру театральных исследований, дает просторные коридоры к ним.
Неофольклорная традиция продолжается и в аудиосреде спектакля: где этнические и архаические инструменты и фольклорные голоса подхатываются драммашиной и современными трансовыми ритмами.
С другой стороны, невозможно не говорить о том, что спектакль казанцев во многом показывает, как столь очевидная нам сегодня атмосфера ненависти и ксенофобии, нетерпимости и шовинизма имеет, в том числе, весьма архаические корни. И пробуждение этой энергии не может пройти бесследно: "Кто посеет ветер, пожнет бурю". Насилие трансформируется, оно не может включаться и выключаться по велению человека, это нечто имманентно присущее ему. Раздражение этого рецептора нельзя погасить элементарно, все равно где-то как прыщ насилие выскочит. Воля к насилию не изымается как аппендикс. И если профессиональные танцовщики, кажется, владеют техникой управления гнева, то этого не скажешь о каждом из нас.
Одним словом, это был невероятно сильный спектакль с коротким, сдержанным, интеллектуально обеспеченным выбросом адреналина, к которому трудно подобрать аналогии. Тут рождается что-то по-настоящему новое.

Фото Инны Афанасьевой


Возможно, это изображение (один или несколько человек)

Старт Ап

В блоге для молодых театральных критиков "Старт Ап" СТД РФ - новая публикация.

Ксения Раздобреева пишет о спектакле «Преступление и наказание» по Федору Достоевскому, реж. Олег Пермяков, Забайкальский драматический театр, Чита

http://start-std.ru/ru/blog/285/

Старт ап

В блоге для начинающих театральных критиков "Старт Ап" СТД РФ - новая публикация.

Елена Жданова пишет о спектакле «Лев зимой» Джеймся Голдмена, реж. Геннадий Гущин, Иркутский драматический театр имени Н.П. Охлопкова.

http://start-std.ru/ru/blog/284/