pavelrudnev (pavelrudnev) wrote,
pavelrudnev
pavelrudnev

Category:

Режиссер Юрий Бутусов. Тезисы





Творческая встреча прошла 29 октября в Мастерских Московского Художественного театра в рамках лаборатории «Современный актер в современном театре»

• Сегодня возродили пионерскую организацию. Я не очень любил быть пионером. Это было нездорово. Но девчонки, лагеря – это было хорошо.
• Почему спектакль называется «Макбет. Кино»? Мы все время живем словно не сами. Словно бы на нас кто-то смотрит, как в кино.
• Театр - место, где мне душно и я потею, но я счастлив. Второе такое место: «Сапсан». В театре открывается занавес, и я испытываю нечто, похожее на оргазм. Театр – единственное место, что человек может стать больше, чем человеком. Это абсолютно божественное изобретение. Считаю людей, хоть как-то причастных к театру, счастливыми. Что не исключает всех трагедий и потерь, постоянно присущих театру. Мы все обладатели какого-то важного знания. Но не интеллектуального знания.
• В ЛГИТМИКе на курсе Ирины Малочевской (она была очень строга) мы часами учились ставить табуреточки в круг. А взрослые мужики ходили в трессах. В 9.30 был станок. Очень часто, я там стоял единственный. Меня сразу выбрали старостой, и я от испуга согласился, и потом постоянно испытывал ответственность. Я умудрялся одновременно быть в двух аудиториях, быть слугой двух господ. В одном классе говорил: «Вот щас щас наши уже идут, скоро будут, щас у них разминка», потом убегал и то же самое говорил другому педагогу. Я страшно любил учиться, испытывал наслаждение быть в институте.
• Театр вскрывает небуквальные вещи. То, что нам не объяснили, в жизни нам не нужно. А в театре – нужно. С другой стороны, есть такой парадокс. В театре если за одну секунду ты ничего не понял, ты расстраиваешься и уходишь. В кино – полная противоположность. Если в кино герои полчаса говорят о Коле, которого ты не знаешь, то сидишь, мучаешься вопросом: «А кто этот Коля?» А в театре всё наоборот: «Ну почему я должен смотреть про этого Колю?»
• Мне кажется, что в театре должно быть трудно, тяжело. Мне кажется, что театр – это работа. У Сократа встречается: «Прекрасное – это трудно».
• Я отношусь к тексту как к музыке, как к потоку. История движется сама по себе. Она всегда движется.
• Нужны новые отношения между театром и зрителем. Чтобы зритель начал понимать, что это он что-то рассказывает, что он что-то делает в театре. Чтобы время зрителя совпало со временем спектакля. Монтаж спектакля складывается только в голове зрителя. Он же не может приблизить к себе действие и отдалить.
• Правил никаких нет. Вдруг мне захочется сделать коротенький спектакль.
• Русская театральная традиция – это связка: школа – студия – театр. Режиссер как духовный лидер. Это счастье, когда видишь, как артист, с которым ты репетируешь, растет, развивается на твоих глазах.
• Неудача для режиссера важнее удачи. Чего стоят два часа готового спектакля перед четырьмя месяцами счастья репетиций? Не стоит театром заниматься, если ты не любишь репетировать. У нас репетиции каждый день. Мы проматываем метры, часы в репетициях. И надо любить ждать, пока все обопьются чаем вначале и кто-то один скажет: «Ну что мы будем уже сегодня репетировать?» Репетиция – это думание вслух. Приходит артист и рассказывает о сыне, мы хохочем, и из этого рождается сцена.
• Очень страшно быть артистом. Ты все время голый. И не надо думать глупости: ты не кто-то на сцене, ты сам, хотя и произносишь не свои слова. Надо уничтожить такие театральные понятия, как «характер» и «играть роль». Есть только одно понятие: «человек». И оно неисчерпаемо и бесконечно. Отсутствие злобы по отношению к миру. И это при том, что жить в этом мире невозможно. Артисту надо взять ответственность за слово.
• В пьесе Брехта «Барабаны в ночи» есть ремарка «Жрут». Вот как это сыграть в театре? Как это вообще понять?
• Я боюсь актеров. Они задают вопросы, на которые у меня нет ответа. Не надо спрашивать у режиссера, в чем ваша роль и что я здесь делаю. Сами должны ответить. Не насилуйте режиссера, у него и так тяжелая жизнь. Актер здесь вот что делает: старается, стареет, любит. Режиссер – это не волшебный ключик. Ключевое слово в театре - вера. Я вот почувствовал раздражение, когда смотрю прогон. Я должен поверить в это раздражение. Значит что-то происходит не так, если я раздражен.
• Мне предлагали сняться в «Улице разбитых фонарей» в роли, которую исполнял Алексей Нилов. Я отказался.
• Сейчас репетирую «Сон об осени» Йона Фоссе в Театре им. Ленсовета. Я решил завязать с классикой. Все лето был увлечен Вырыпаевым, читал «Иллюзии», хотел ставить, но узнал про спектакль Виктора Рыжакова и остыл.
• Как режиссер я должен мучиться, загонять себя в тупик, ругаться со всеми, скандалить. Когда я мучаюсь, я получаю удовольствие. А потом внезапно приходит счастье обладания. Зачем говорить в театре о том, что все хорошо? Мы говорим о чем-то, когда нам больно. Как иначе?
• Когда мы учились, мы больше пили и курили. Новое поколение, которое приходит сегодня в театр, более серьезное.
• Театр – территория свободы, я в жизни совершенно не свободен, а в театре совершенно свободен. И я уверен, что чем больше будут театр давить, уничтожать его, гнобить и запрещать, тем все более свободным он будет становиться.
• Театр учит быть другим. Меня театр переделал, перепахал. После хорошего спектакля я становлюсь другим в прямом смысле этого слова, даже выше ростом. Театр дает мне понять, что мы можем больше.
• Весь вопрос в театре, кто делает монтаж. В постдраматическом театре важно, чтобы мысли автора, режиссера и зрителя срослись. Зритель как бы оказывается частью сегодняшнего дня. Я не иду от текста в режиссуре, я иду к тексту. В этюдах слова начинают разбухать, перенасыщаться, перестают быть плоскими.
• Когда я вижу в театре расчет, когда я вижу артиста и не понимаю, от чего он ночью плачет, мне плохо. Я люблю диалог. Когда меня хотят чему-то научить или рассказывают мне басню, мне плохо. К сожалению, приходит время басни.
• Хороший советский театр во многом существовал на сопротивлении лжи. И когда сегодня я слышу от людей, как они вспоминают с блаженством, какой неповторимый вкус был у лимонада «Буратино» и как очаровательно пахла в детстве докторская колбаса, я начинаю вспоминать другое: как люди спивались от лжи, как бросались под поезда.
• Я смотрю спектакли с Константином Райкиным, и я понимаю, что мало читаю. А утром я встаю и делают отжимания, потому что мне кажется, я мало занимаюсь спортом. Когда есть Райкин, я не могу позволить себе вставать в 11.00. Надо в 8 утра вставать.

Фото Леонид Селеменев

Subscribe

  • "ЗАТО" Даны Сидерос, реж. Юрий Алесин, Новокузнецкий театр драмы

    На видео посмотрел новокузнецкий спектакль "ЗАТО" - он оформился, встал на ноги после нашей лаборатории "Трансформация мифа", где драматурги вместе…

  • На полшишечки

    Население в большинстве своем имитирует ношение масок. Имитирующие трудовую деятельность орды охранников имитируют процесс проверки, меланхолически…

  • Старт Ап

    В блоге для начинающих критиков "Старт Ап" СТД РФ - новая публикация. Анастасия Жукова пишет о спектакле «День отдыха» Валентина Катаева,…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments